Шмелев лето господне образ дома

ПЕСНЬ О РОССИИ БЫТ И БЫТИЕ В РОМАНЕ И.С.ШМЕЛЁВА «ЛЕТО ГОСПОДНЕ»

Аннотация. В статье рассматривается проблематика и художественное своеобразие романа «Лето Господне» — важнейшего произведения всего творчества Шмелёва. Выявляются особенности эстетических и нравствен- но-философских исканий писателя, архетипы его православного миро- восприятия.

Ключевые слова: проблематика, жанр, родовая и историческая память, православие, поэтика.

Духовный подъём России грядёт — и будет невероятной мощности, освободит в ней скованные силы, так я чувствую свой народ.

Я знаю его и верю, ибо иначе не может быть. Россия — будет!

Эмиграция необычайно усилила в Шме- лёве ностальгическую любовь к Родине. Вла- девшее им ещё с отроческих лет обострённое чувство «народности, русскости, родного» приобрело теперь почти мистический харак- тер. Знакомый писателя, А.Мищенко, вспоми- нает: «Я убедился в том, что Иван Сергеевич жил в двух “планах”: один — это существова- ние писателя-эмигранта с его материальными и житейскими невзгодами и печалями. Дру- гой — это был целый мир, какое-то мистиче- ское житие в России»1. Россия теперь пред-

ставлялась Шмелёву, как и многим другим пи- сателям-эмигрантам, прекрасным «потерян- ным раем», своеобразной Атлантидой, погру- зившейся на дно океана времени.

Пронзительная тоска писателя по родной земле, её людям и природе порождает у него страстное желание воссоздать её облик в своих произведениях. С конца 1920-х годов Шмелёв уходит в воспоминания, обращается к изображению прошлого. Так родились его главные, вершинные произведения: «Лето Господне», «Богомолье», автобиографиче- ские рассказы 1930-х годов. Они вобрали в себя многое из человеческого и художествен- ного опыта писателя, в известной мере обоб- щив полувековые искания, наблюдения и раз- мышления, связанные с постижением главных для него вопросов: что такое Россия и русский человек, как и под воздействием каких об- стоятельств и фактов формируются людские

характеры, какова роль человека в познании себя и мира, как взаимосвязаны в повседнев- ной жизни бытовое и бытийное.

Центральное место среди этих произведе- ний, несомненно, занимает роман «Лето Гос- подне», над которым Шмелёв работал с пере- рывами около четырнадцати лет: в 1927—1931 и в 1934—1944 годах. «В ней, — говорил писа- тель о своей книге, — я показываю лицо святой Руси, которую я ношу в своём сердце. Россию, которая заглянула в мою детскую душу»2.

Такой России, как в «Лете Господнем», мы не найдём среди всей богатейшей отече- ственной литературы. Русские писатели- эмигранты: Бунин, Куприн, Зайцев, Бальмонт и другие — тосковали по потерянной родине, много писали, пытаясь воскресить её в Слове. Но чудо воскресения в полной мере удалось лишь Ивану Шмелёву. Автор не просто вспо- минает невозвратное детство, утраченную Ро-

дину, он чудодейственной силой своего та- ланта возвращает её нам — живую до ося- заемости. В романе с помощью мастерски и любовно выписанных сцен и эпизодов вос- создана жизнь замоскворецкого двора

Читайте также:  Желаю всем незабываемого лета

«средней руки» купцов Шмелёвых. Мы ещё до конца не осознали, что дало русской жиз- ни, русской культуре XIX века вышедшее из крестьян купеческое сословие. Разумеется, были в этом сословии и представители «тём- ного царства», всякого рода Дикие и Кабани- хи, запечатлённые А.Островским и другими русскими писателями, в том числе Шмелё- вым. Но были и Третьяковы, Мамонтовы, Мо- розовы, Солдатёнковы, Мальцовы. «Нет, не только “тёмное царство” господствовало в России, — писал Шмелёв в статье “Душа Москвы” (1930). — Жило и делало государст- венное и, вообще, великое жизненное дело воистину именитое купечество — “светлое царство русское”»3.

Картины жизни этого «светлого царства» и воспроизводит писатель в «Лете Господ- нем», изображая хозяйственную деятель- ность русских мастеровых, трудившихся по найму у его отца, московского подрядчика строительных работ. Обитатели «нашего дво- ра» совершают повседневную созидательную работу: строят мосты и карусели, иллюмини- руют город к праздничным дням, возводят леса для ремонта и строительства жилых до- мов, храмов и т. п. Многие сцены романа ис- полнены восхищения мастерством русских умельцев-строителей. Глядя, как золотится на солнце обставленный лесами храм Христа Спасителя, один из центральных персонажей произведения, старый столяр Горкин с гор- достью заявляет: «Стропила наши, под купо- лом-то. нашей работки тут. Во всех мы дворцах работали и по Кремлю. »4. Писатель показывает, как истово работают Горкин, Сергей Иванович Шмелёв, приказчик Василь Василич, Ганька-маляр, молодой плотник Андрейка и весь православный русский на- род, труженик и созидатель. Автор живопи- сует этот труд как важнейшую и необходимую сторону человеческого существования.

В изображении труда и быта Шмелёв не

знает себе равных. Его творческой манере свойственно обострённое внимание к ёмкой бытовой детали, к психологически тонкому пластическому рисунку, воссоздающему бес- конечно изменчивую, но осязаемую ткань жизни. И.А.Ильин так писал об этой черте шмелёвского таланта, имея в виду роман

«Лето Господне»: «Великий мастер слова и образа, Шмелёв создаёт здесь в величайшей простоте утончённую и незабвенную ткань русского быта, в словах точных, насыщенных и избирательных: вот “таратанье мартовской капели”, вот в солнечном луче “суетятся зо- лотинки”, “хряпкают топоры”, покупаются “арбузы с подтреском”, видна “чёрная каша галок в небе”. И так зарисовано всё: от раз- ливанного постного рынка до запахов и мо- литв Яблочного Спаса, от “розговин” до кре- щенского купания в проруби. Всё узрено и показано насыщенным видением, сердечным трепетом; всё взято любовно, нежным, упоён-

18 Литература в школе. 2017. № 8.

ным и упоительным проникновением. Здесь всё лучится от сдержанных, непроливаемых слёз умилённой благодатной памяти»5.

Читайте также:  Джинсы рваные лето женские

Художественный космос романа «Лето Господне» реален и даже документален, но одновременно и идеален. Это мир дорево- люционной Москвы 80-х годов XIX столетия, и в то же время это сказочное место счастья и изобилия. Щедро нарисованные рукой изощ- рённого художника картины быта получают в романе социально-историческое, психологи- ческое и философское истолкование, побуж- дают читателя к осмыслению своеобразия жизни дореволюционной России и её народа, коренных основ национального бытия.

Русская литература без быта всё равно что дерево без корней. Русский быт — дво- рянский, крестьянский, купеческий, мещан- ский — это испокон веку среда обитания че- ловека-труженика, его малая родина, где только и может найти себе земное пристани- ще человеческая душа.

Шмелёва нередко упрекали в бытовизме. Это поверхностный взгляд. Изображение быта никогда не превращалось у него в само- цель, а служило наилучшей обрисовке среды и характеров, выявлению, говоря его слова- ми, и «скрытого смысла творящейся жизни».

«Как бы высоко я ни взлетал, я не оторвусь от земли, и запахи родного во мне пребудут. И имея дело с самыми реальными фактами, с самой обыденной жизнью, я… будил мысли порядка высшего»6, — писал он Леониду Анд- рееву в феврале 1915 года. Это действитель- но так. Шмелёв рассматривал быт как кон- кретную форму воплощения бытия, как экзи- стенциальный процесс, соединяющий человека с вечностью.

Для понимания эстетической концепции жизни писателя принципиально важен архетип дома. Дом у русских всегда являлся своего рода плодовитой смоковницей, на которой взрастала и продолжалась из рода в род семья, святое дело приумножения жизни. Именно в силу этого образ дома, а точнее, простран- ственно-временная мифологема «нашего дво- ра» наряду с конкретно-бытовым смыслом приобретает в «Лете Господнем» значение сакральное, символически священное, оли- цетворяющее самые дорогие для автора по- нятия: родину, семью, родителей, начало жиз- ни. Отсюда его роль как нравственного импе- ратива в системе жизненных ценностей.

«Наш двор» — самое дорогое, священное место для героев романа, православных рус- ских людей. В каждом его уголке чувствуют они присутствие Бога: автобиографическому герою кажется, что «на нашем дворе Христос. И в коровнике, и в конюшнях, и на погребице, и везде. И всё — для Него, что делаем» [с. 326]. Любовь ко всему земному соединяется в произведении с устремлённостью к Царству Небесному, и напротив, высшие духовные ценности находят опору в богатом и прочном русском быте. Замоскворецкий дом отца в изображении Шмелёва предстаёт как микро- косм России и всего православного мира. Пространство и время в романе слиты во- едино. Их объединяет постоянное, ежесе-

кундное присутствие в жизни каждого чело- века Иисуса Христа. «Я смотрю на распятие. Мучается Сын Божий!» [с. 286]. Мучается не в давно прошедшем времени, а в данный миг. Вмещённость макромира в микромир, бес- конечности — в пределы дома, вечности — в пределы секунды придают роману «Лето Гос- подне» эпические черты.

Читайте также:  Топ авто резина летом

«Лето Господне» — это мир русского бла- гочестия, где православный трудовой и го- довой циклы взаимосвязаны и взаимодопол- няемы. Впервые в истории русской литера- туры художественное время произведения строится на основе церковного календаря. Художественное время романа циклично. Действие произведения не движется вперёд линейно, а как бы равномерно и неторопливо вращается, идя по спирали — от праздника к празднику, от года к году. Кольцевая компо- зиция «Лета Господня» отражает годовой цикл православных праздников: Рождество, Великий пост, Благовещение, Пасха, Троица, Преображение, Покров, снова Рождество. Так возникает цельный мир повседневной жизни «светлого царства русского», где всё взаимосвязано, всё находится в нерастор- жимом единстве.

Пёстрой чередой перед взором читателя проходит круговорот годовых православных праздников. Автор живописует предпразднич- ные приготовления и сам процесс, точнее, об- ряд их празднования, воссоздавая в ярких эпизодах и картинах своеобразие каждого из них. Православные праздники — неотъемле- мая часть духовной и бытовой жизни нации, и потому в эти дни на равных, в тесном соборном единении чувствуют себя все жители и работ- ники «нашего двора». Праздники имеют осо- бое значение в жизни человека. Именно в эти дни люди, погружённые в «коловерть» буден, как бы притормаживают время, точнее, свой жизненный бег, отвергают от себя суетное, за- думываются о вечном. Даже такой очень заня- той человек, как Сергей Иванович Шмелёв, в дни праздников замедляет темп своей жизни, приобщаясь к вневременному и вечному. По праздникам и субботам он сам зажигает все лампадки в доме, напевая «приятно-грустно»

«Кресту Твоему поклоняемся, Владыко».

Наиболее подробно автор описывает дву- надесятые праздники: Благовещенье, Рожде- ство, Троицу, Преображение, Крещение, По- кров, праздники, связанные с иконами Дон- ской и Иверской Божьей Матери, «праздник праздников» — Пасху. Писатель раскрывает специфику каждого праздника путём изобра- жения церковных и народных бытовых обря- дов, а также через рассказы Горкина, объ- ясняющего автобиографическому герою смысл того или иного праздника. Рассказы старого мастера представляют собой народ- ную интерпретацию православных праздни- ков, а потому они ярки, выразительны и на- глядны. Вот как, например, объясняет он свое- му воспитаннику Ване Шмелёву суть и смысл праздника Святой Троицы: «. пойдёт завтра Господь, во Святой Троице, по всей земле. И к нам зайдёт. Завтра вся земля именинница. Потому — Господь её посетит. У тебя Иван Бо-

Источник

Оцените статью