Безупречная сестра Жаклин Кеннеди: как Ли Радзивилл искала любовь, успех и саму себя
Польская княжна и королева американского высшего света, успешная пиарщица и дизайнер интерьеров, икона стиля и подруга Трумэна Капоте, Рудольфа Нуриева и Энди Уорхола — это все о ней. О той восхитительной женщине, которая заслуживает не меньшего внимания, чем ее старшая сестра.
15 февраля 2019 года не стало сестры Жаклин Кеннеди — Кэролайн Ли Радзивилл. Ее жизнь была поистине яркой, но долгое время ее имя незаслуженно оставалось в тени Джекки. Тем не менее именно Ли помогла супруге президента Америки обрести свой собственный стиль а потом познакомила овдовевшую сестру с греческим миллиардером Аристотелем Онассисом. Красавица, муза модельеров и успешная светская леди — Кэролайн действительно сумела оставить свой след в истории. «Я не чья-то младшая сестренка», — однажды твердо заявила она изданию People. Должно быть, эта фраза как нельзя лучше отражает характер, ее неповторимую личность и удивительную судьбу.
Жаклин и Кэролайн были одними из самых известных сестер из высшего общества конца XX века. Они жили вместе с родителями в дуплексной квартире с 12 комнатами на Парк Авеню, а каждое лето отправлялись в семейное поместье в Восточном Хэмптоне. Словом, девочки с самого детства впитали любовь к роскоши и светским кругам, в которых вращались их отец с матерью. Джон Верну Бувье III, известный также под именем «Блэк Джек», был биржевым маклером с громкой репутацией и внешностью, напоминающей Кларка Гейбла — американского актера и секс-символа Голливуда 1930–1940 годов. Он купался в женском внимании, но окончательно утопил свою репутацию и состояние в гораздо более прозаической слабости — в алкоголе. Именно это и стало причиной его развода с матерью девочек Джанет Ли Бувье.
Тем не менее с дочками отец всегда был очень близок, да и они в нем души не чаяли. Благодаря его наставлениям Джекки и Кэролайн усвоили, что в основе любых успехов лежит труд, и нужно очень стараться, чтобы стать лучшими из лучших. Только спустя годы сестры начали понимать, что «лучшей» может быть только одна, другой же суждено оставаться на вторых ролях.
Девочки очень сильно отличались друг от друга еще в юности: в то время как Джекки была темноволосой, прилежной и сдержанной, Кэролайн росла светловолосым, активным и озорным ребенком. «Когда мне было семь лет, и мы жили в Нью-Йорке, я сбежала, — однажды рассказала Ли. — Я взяла свою собаку и пошла по Бруклинскому мосту… Далеко я не ушла… Довольно сложно сбежать на каблуках твоей матери». Уже тогда юная Кэролайн питала особый интерес к моде, поэтому время от времени заимствовала вещи и обувь из гардероба своей мамы. Ее старшая сестра проводила время за чтением книг, Кэролайн же не могла сидеть на месте. «Ли постоянно перетаскивала мебель и декорировала наши комнаты», — вспоминала Джанет Ли Бувье. Впоследствии страсть девочки к дизайну и искусству переросла в ее профессию — одну из многих, в которых Кэролайн проявила свою разностороннюю личность.
Несмотря на различия в характере, сестер объединяла искренняя дружба, которая была очень крепкой вплоть до начала 1950-х годов. Одним из самых ярких воспоминаний того времени для них обеих стало лето, проведенное в Европе, — еще не отягощенные заботами семейной жизни они отправились в путешествие в статусе молодых, свободных и красивых девушек. Позднее они даже написали книгу о той поездке под названием «Одно особое лето». Однако близилось время, когда сестрам нужно было вступить в самостоятельную жизнь. И тут младшая обогнала старшую, познакомившись с Майклом Кэнфилдом, сыном крупного американского издателя, и выйдя за него замуж. Также ходили слухи, что он на самом деле был сыном Кикки Престон и герцога Кентского. В 1953 году молодожены переехали в Лондон.
Однако и Жаклин не сильно отстала в этой гонке — в том же самом году (в сентябре) она пошла под венец с Джоном Кеннеди, сенатором от штата Массачусетс, которому через 8 лет было суждено стать 35-м президентом Америки (читайте также: Свадьба Джона и Жаклин Кеннеди: 9 несказочных фактов). Талантливый и обаятельный политический деятель как раз начинал набирать популярность в стране, при этом прилично зарабатывая. Супруг Ли работал в американском посольстве Лондона, но даже близко не имел таких высоких амбиций и карьерных перспектив, как Кеннеди. Кэролайн начала откровенно скучать в браке с Майклом, но в 1956 году в загородной резиденции мужа сестры, куда она приехала проведать Джекки, ее представили польскому князю Станиславу Радзивиллу. Европейский аристократ с первого взгляда понравился Ли, даже несмотря на существенную разницу в возрасте (19 лет).
В 1959 году Кэролайн Бувье приняла решение развестись со своим первым мужем, который, как и ее отец когда-то, пристрастился к алкоголю. К тому моменту она не только получила предложение от польского князя, но и носила ребенка нового возлюбленного. Однако официально узаконить свои отношения у Станислава с Ли получилось не сразу — дело в том, что развод Радзивилла с предыдущей женой так и не был признан церковью. Тогда на помощь пришел Джон Кеннеди, который лично обсудил этот вопрос с представителями Ватикана и сыграл не последнюю роль в признании союза польского князя и сестры Жаклин законным. Этот брак стал самым долгим в жизни Ли, продлившись практически четверть века, а также в нем родились наследники княжеского рода — принц Энтони и принцесса Анна Кристина.
В начале 1960-х Ли со вторым мужем переехала в роскошный особняк, который находился практически в самом сердце Лондона. «У нас был этот божественный дом за Букингемским дворцом, и самое красивое загородное место в Оксфордшире», — рассказывала она. Кэролайн очень нравилось заниматься реставрацией старинного здания, а также декорированием его комнат. Карьера ее мужа также уверенно шла в гору: английская компания Станислава по продаже недвижимости расцветала и приносила огромную прибыль. Чета Радзивиллов считалась одной из самых богатых пар в светских кругах Лондона. На различных мероприятиях и торжественных приемах супруги заводят дружбу с самыми известными представителями элиты — автором новеллы «завтрак у Тиффани» Труменом Капоте, миллиардером Ставросом Ниархосом, танцором Рудольфом Нуриевым и даже бывшим премьер-министром Великобритании Уинстоном Черчиллем. И на каждого из них неизменно производила неизгладимое впечатление утонченная и прекрасная Ли Радзивилл.
Надо сказать, что Кэролайн была из тех немногих леди, которые были безупречны во всем — начиная от внешнего вида, заканчивая своими манерами. «Очень красивая, очень яркая, — говорил о ней Рудольф Нуреев. — В конце концов, она не просто была из высших кругов, она привлекала людей своей интеллектуальной сутью». Американский архитектор Филип Джонсон уточнял: «Она вовсе не была интеллектуалкой, но обладала знанием человеческой натуры, теплотой и сиянием — исходящим от нее и восхитительным». Писатель Трумен Капоте был очарован внешностью Ли, в особенности — ее глазами, цвет которых он однажды описал как «золотисто-коричневый, как стакан бренди, стоящий на столе перед камином».
Одевалась Кэролайн тоже безукоризненно — леди всегда удавалось придерживаться сдержанной элегантности. Но и стремительно сменяющие друг друга капризы высокой моды она не игнорировала, умело вплетая в свой гардероб те или иные детали, которые отражали моду десятилетия (мини-туники 60-х, богемные платки 70-х и даже дерзкое золото 80-х). Разумеется, изысканные наряды часто требовали больших трат — ее супруг однажды признался: «Это фантастика, как дорого стоит ее одеть». И все же расходы на наряды окупились с лихвой, когда стиль Ли Радзивилл впоследствии вошел в историю.
Кстати, одной из первых, кто по достоинству оценил тонкий вкус Кэролайн, стала ее собственная сестра. Джекки множество раз пользовалась советами Ли во время президентской гонки, в которой участвовал ее муж, — да и потом, когда нужно было соответствовать статусу Первой леди. В начале 1960-х сестры вновь очень сблизились, ведь в негласном соревновании между ними за признание и статус они поравнялись в результатах — и одна, и другая были замужем за очень влиятельными мужчинами и жили довольно роскошной жизнью. Тогда стало казаться, что «лучшая» вовсе не обязательно может быть одна. Охлаждение в их отношениях вновь наступит гораздо позже — а пока между сестрами царит теплая дружба.
Их сближение произошло во многом благодаря супругам — когда стало известно, что Кеннеди намерен баллотироваться на пост президента Америки, князь Радзвилл принял самое активное участие в его поддержке и «промоутировании» (как бы сказали сегодня). После победоносных выборов Джон прислал Станиславу свою фотокарточку, подписанную словами: «Благодаря тебе мы победили». Постепенно польский аристократ стал не только ярым сторонником нового американского президента, но и одним из его ближайших друзей.
Они вместе появлялись на официальных мероприятиях, ездили в деловые поездки. Их жены также проводили много времени вместе. И, кстати говоря, во время совместного визита сестер в Пакистан в 1962 году, Кэролайн даже затмила собой Первую леди США. Фотографии их прогулки верхом на верблюдах еще раз подтвердили, что родилась новая икона стиля — Ли Радзивилл. Даже такое необычное времяпрепровождение не позволило ей забыть об элегантности. Кэролайн восседала на верблюде в изящном летнем платье без рукавов, в жемчужных украшениях, а на ногах ее были туфельки на невысоких каблуках. Укладка жены князя была настолько идеальной, будто бы леди собиралась отправиться на королевский прием.
Впрочем, как нужно выглядеть на мероприятиях такого уровня Ли знала не понаслышке. За год до этого чете Радзивилл в действительности выпал шанс познакомиться лично с королевой Елизаветой II. Произошло это благодаря Джону Кеннеди, который был приглашен в Букингемский дворец в статусе главы государства. Когда американская сторона запросила, чтобы на торжественном банкете присутствовал польский князь с женой, королева ответила отказом — в те времена женатых не первым браком не жаловали в королевских дворцах. Но из уважения к новому президенту США и его супруге Елизавете все же пришлось уступить.
В итоге чета Радзивилл появилась в списке приглашенных — их записали как «князя с княжной», вот только королева отказалась именовать их таким образом при личной встрече — и она имела на это все основания. Ведь на самом деле Станислав уже давно официально отказался от своих титулов на родине и принял британское подданство. Пусть в светском обществе Радзивиллы считались княжеской парой, но Елизавета II полагалась на обыкновенные факты, игнорируя светские любезности и уступки (а, быть может, просто была недовольна тем, что ей пришлось лицезреть у себя в доме тех, кому она была не рада). Как известно, для Станислава, который был успешным бизнесменом и одним из самых богатых предпринимателей Англии, его номинальный княжеский титул не был чем-то экстраординарным. Но это не относилось к его супруге. Кэролайн сильно обижалась и расстраивалась, когда окружающие не хотели этого признавать. Можно сказать, это стало ее больным местом.
Источник