Цитаты из русской классики со словосочетанием «крик чаек»
Все как будто умерло; вверху только, в небесной глубине, дрожит жаворонок, и серебряные песни летят по воздушным ступеням на влюбленную землю, да изредка крик чайки или звонкий голос перепела отдается в степи.
Ласковую музыку волн перебивали хищные крики чаек. Зной становился менее жгучим, уже иногда в шалаш залетала прохладная струя воздуха, пропитанного запахом моря.
Неточные совпадения
Осенью озеро ничего красивого не представляло. Почерневшая холодная вода била пенившеюся волной в песчаный берег с жалобным стоном, дул сильный ветер; низкие серые облака сползали непрерывною грядой с Рябиновых гор. По берегу ходили белые чайки. Когда экипаж подъезжал ближе, они поднимались с жалобным криком и уносились кверху. Вдали от берега сторожились утки целыми стаями. В осенний перелет озеро Черчеж было любимым становищем для уток и гусей, — они здесь отдыхали, кормились и летели дальше.
В этот день даже чайки истомлены зноем. Они сидят рядами на песке, раскрыв клювы и опустив крылья, или же лениво качаются на волнах без криков, без обычного хищного оживления.
Да, тихо и светло; но ухом напряжённым
Смятенья и тоски ты крики разгадал:
То чайки скликались над морем усыплённым
И, в воздухе кружась, летят к навесам скал.
Я посмотрел в том же направлении. По широкой водной поверхности расходилась темными полосами частая зыбь. Волны были темны и мутны, и над ними носились, описывая беспокойные круги, большие белые птицы вроде чаек, то и дело падавшие на реку и подымавшиеся вновь с жалобно-хищным криком.
Единодушный взмах десятка и более блестящих кос; шум падающей стройными рядами травы; изредка заливающиеся песни жниц, то веселые, как встреча гостей, то заунывные, как разлука; спокойный, чистый вечер, и что за вечер! как волен и свеж воздух! как тогда оживлено все: степь краснеет, синеет и горит цветами; перепелы, дрофы, чайки, кузнечики, тысячи насекомых, и от них свист, жужжание, треск, крик и вдруг стройный хор; и все не молчит ни на минуту.
Солнце, смеясь, смотрело на них, и стекла в окнах промысловых построек тоже смеялись, отражая солнце. Шумела вода, разбиваемая их сильными руками, чайки, встревоженные этой возней людей, с пронзительными криками носились над их головами, исчезавшими под набегом волн из дали моря…
Луна плыла среди небес
Без блеска, без лучей,
Налево был угрюмый лес,
Направо — Енисей.
Темно! Навстречу ни души,
Ямщик на козлах спал,
Голодный волк в лесной глуши
Пронзительно стонал,
Да ветер бился и ревел,
Играя на реке,
Да инородец где-то пел
На странном языке.
Суровым пафосом звучал
Неведомый язык
И пуще сердце надрывал,
Как в бурю чайки крик…
В Малороссии зовут ее луговка, потому что она живет в сенокосных лугах; [Называют также и чайкою] имена же чибиса и пигалицы, вероятно, получила она от своего крика или писка, который, впрочем, придется к каждому слову и который, конечно, известен всем.
Кое-где на кустах висели длинные рыбачьи сети. Чайки с пронзительным криком летели навстречу пароходу, сверкая на солнце при каждом взмахе своих широких, изогнутых крыльев. Изредка на болотистом берегу виднелась серая цапля, стоявшая в важной и задумчивой позе на своих длинных красноватых ногах.
«Вот если она полетит сюда, — подумала Елена, — это будет хороший знак…» Чайка закружилась на месте, сложила крылья — и, как подстреленная, с жалобным криком пала куда-то далеко за темный корабль.
Наконец всем уже невтерпеж стало, и стали ребята говорить: ночью как-никак едем! Днем невозможно, потому что кордонные могут увидеть, ну а ночью-то от людей безопасно, а бог авось помилует, не потопит. А ветер-то все гуляет по проливу, волна так и ходит; белые зайцы по гребню играют, старички (птица такая вроде чайки) над морем летают, криком кричат, ровно черти. Каменный берег весь стоном стонет, море на берег лезет.
Тучи дроздов, скворцов, диких уток, стрижей и галок торопливо перелетали реку; дикий крик белогрудых чаек и рыболовов, бог весть откуда вдруг взявшихся, немолчно носился над водою; сизокрылый грач также подавал свой голос; мириады ласточек сновали в свежем, прозрачном воздухе и часто, надрезав крылом воду, обозначали круг, который тотчас же расплывался, уносимый быстротою течения.
Лодка выехала в тихую, тайную водяную прогалинку. Кругом тесно обступил ее круглой зеленой стеной высокий и неподвижный камыш. Лодка была точно отрезана, укрыта от всего мира. Над ней с криком носились чайки, иногда так близко, почти касаясь крыльями Ромашова, что он чувствовал дуновение от их сильного полета. Должно быть, здесь, где-нибудь в чаще тростника, у них были гнезда. Назанский лег на корму навзничь и долго глядел вверх на небо, где золотые неподвижные облака уже окрашивались в розовый цвет.
Красивое это озеро Октыл в ясную погоду. Вода прозрачная, с зеленоватым оттенком. Видно, как по дну рыба ходит. С запада озеро обступили синею стеной высокие горы, а на восток шел низкий степной берег, затянутый камышами. Над лодкой-шитиком все время с криком носились белые чайки-красноножки. Нюрочка была в восторге, и Парасковья Ивановна все время держала ее за руку, точно боялась, что она от радости выскочит в воду. На озере их обогнало несколько лодок-душегубок с богомольцами.
Источник
Стихотворение «Скажи, а чайки тоже плачут. »
— Скажи, а чайки тоже плачут,
Когда их море предает? —
Спросила девочка у мальчика,
Когда весной кололся лед.
Деревья на ветру качались,
И он ответил на вопрос:
— Чайки разбиваются о скалы,
Когда их море предает.
Летели годы, словно ветер,
Летели, оставляя след.
И вот, они уже не дети,
Им стало восемнадцать лет.
О люди, как они любили,
Такой любви никто не знал!
Когда над ними вьюги выли,
Огонь любви их согревал.
И вот настал день белой свадьбы,
Холодной раннею весной,
Невеста в белоснежном платье
Пришла к любимому домой.
Лишь за порог она ступила —
Любимый у двери стоял
И, никого не замечая,
Другую нежно целовал.
На свете нет сильнее боли,
Она ступила за порог,
Глаза наполнили ей слезы,
Шептали губы: «Как ты мог?»
Она стояла у обрыва,
Вдруг закружилась голова,
Она рукой глаза закрыла,
Из детства вспомнила слова:
— Скажи, а чайки тоже плачут,
Когда их море предает?
— Чайки разбиваются о скалы,
Когда их море предает
Любите друг друга без остатка-Любовь она одна,Любовью мозг туманом покрывает-и глаза других не замечают.Если ветер вдруг подул-закрывайся от него своей любовью,и твой туман любви-навеки будет для тебя.
Один из самых душевных стихов, которых я слышала… это великолепно! Девочка — молодец, хорошо написала!
Автор известен!! Стих написан: Эдуардом Асадовым. А те, кто брал этот стих и выдавал под своим именем, то не верьте этому! Так же в этом стихе не хватает продолжения
Раздался всплеск воды холодной над белоснежною фатой,
И белым облаком промчалась морская чайка над водой.
Раздался всплеск воды холодной
Над белоснежною фатой
И белым облаком промчалась
Морская чайка над водой.
. А чайки тоже плачут, когда их море предаёт. спросила девочка, и выросла, и счастье горем обернулось, и что, а чайки о скалы разбиваются, а девушки такие в чайки превращаются. сказка-быль, но в ней любовь, которая измены не выносит, вам молодые пусть уроком этот случай служит. написано очень хорошо чувственно красиво сердцем и душой.
В моих глазах застыли слезы.
В моих глазах застыли слезы,
В них отражается вся боль…
В душе моей всегда морозы,
Не согревает даже шаль.
Тоскует сердце по дочурке,
По голубым ее глазам…
По детской, искренней улыбке,
По длинным, русым волосам.
Бывало выйдем на прогулку,
Она бежит вперед меня
И все щебечет без умолку
Мое любимое дитя.
Вот подросла моя принцесса,
Исполнилось ей десять лет
И в самый день ее рождения
Ее забрал небесный свет.
С тех пор в глазах застыли слезы,
В них отражается вся боль…
В душе моей всегда морозы,
Не согревает даже шаль.
Любовь ведь бывает до смерти.
Сегодня решил я умереть,
и пошёл ночью на мост.
Готовый уже на всегда отпеть,
стал я на нём во весь рост.
И не стал нечего перед смертью просить,
уже готовый покончить с собой.
Решил перед смертью тебе позвонить,
Чтоб перед этим побыть с тобой.
Я звоню, повторю, набираю,
но трубку она не берёт.
Я её родную вспоминаю,
а смерть меня в низ зовёт.
Я звоню, повторю, набираю,
но трубку она не берёт.
Я о ней, родной не забываю,
звоню, надеюсь спасёт.
Звонил, раз, второй, другой,
но она не ответила мне,
И я на мосту такой,
решаю умереть при луне.
Я решил перелезть через перила,
пока перелазил, вспомнил в моментах,
Как ты в один день мне подарила,
простую надежду в словах.
Я перелез и стою смотря в низ,
вспоминая любимой лица.
За любовь какой же мне приз?
кроме разбитого сердца?
Отчаявшись уже совершить прыжок,
эта дура, взяла позвонила.
Но зачем? ты мне перезвонила.
Я обратно пролез через перила.
Принимаю звонок, говорю ей привет,
она тоже самое говорит мне в ответ.
Спросил: — чем занята? Как там дела?
Сказала: — что мол со свиданья пришла.
— Ну и как, не обидел? всё хорошо?
— Да, нечего..всё вроде прекрасно.
и она говорит мне одно:
— а на улице что-то холодно.
— Да знаю, ветер щас дует, прохладно,
ну да это не важно, забудем ладно?
— что? не поняла, а ты где?
-на что я ответил, да. я на мосте.
Она считала его лучшим другом,
да и знала она о том,
Что он её очень любит,
Но счастья искала в другом.
— А что ты там делаешь? поздно, один,
— Да так, вот решил и тебе позвонил.
— Я поняла, но ты не сказал мне причин!
Он минуту молчал. не говорил.
-Да вот пришёл я на мост,
вниз посмотрел, встал во весь рост.
— Погоди, ты дурак умереть не решил.
— А ты думала чего я тебе звонил.
-Погоди, стой, не смей!
в слезах говорила она.
— Не умирай, будь ты смелей!!
— Я ведь люблю тебя, мой водолей.
Он конечно же ей не поверил,
сделав шаг, прыгнул с моста.
А она не поняла что он ей не верит.
И резко настала тишина.
В трубку кричала она: — любимый ау.
Но а я, умираю лежу,
— Где же ты милый, родной, дорогой.
Перед смертью голос донёсся любимой.
Набирала она ночи до трёх,
но через час, в часах четырёх,
Позвонил неизвестный ей номер,
сказал..тот человек, кому вы звонили, он помер.
Руки её упустили мобильный,
Сказала она: -ну что же ты милый.
где же ты мой..самый любимый.
где же ты мой дорогой.
Тогда она поняла что его,
Поняла, что так сильно, как некогда некого.
Что она ведь с ним и не дружила.
Она поняла что сильно любила.
Тишина, вечер. она подошла к мосту,
Перелезла через перила, и взяв, да попросту.
Сказав, ты прости меня мой водолей.
Я иду к тебе. считая от моста до земли
секунды долей,
Похоронили их рядом, в участке одном.
Помнить прошу всегда вас о том,
И в истории этой и вообще в круговерти.
Что любовь ведь бывает до смерти.
Источник
Роман на море
Криком чаек над морским безбрежьем,
Звезд падением в росинки поутру
Разливался в теле поцелуй,
Выводя из мига – бесконечность
Губ касаний, горечи полынной
Сигарет и мяты вкус.
Поцелуй, похожий на укус,
Долгий, обвивающий, змеиный.
Ни звука с берега.
Лишь поцелуи волн…
В туманной дымке южной теплой ночи
На небе звезд, качающихся точек,
Не видно. Зыбка клонит в сон.
До пристани совсем рукой подать
И не доплыть из синей колыбели.
Над морем чаек крик,
русалочьи свирели,
размытая белесая Луна.
Море качалось в ритм полнолунья,
Луна – плясунья – в воды глядела,
Зеркало глади смеялось и пело,
Ласково обняв серые камни.
Падая, звезды гасли, как свечи.
Вечер спешил улететь с побережья.
На мои плечи, горящие плечи,
Дул ветер, с моря, прохладный и нежный…
-Всего лишь песчинку, забери с волной, море!
Пушинкой крыла, подними в небо, ветер!
Я птицей хочу полетать по просторам,
Поплавать русалкой в коралловых сетях.
Но тихо и пусто…
Холодные волны целуют ноги
И топят тревоги.
И белым котенком с намоченной лапкой
лунный свет прыгает пятнами в гальке.
*******
Обними меня, мы одни.
После долгого дня так устали.
Море цвета сиреневой стали
Гонит к югу волны свои.
Все прохладнее дни, вечера,
Дальше звезды, месяц – бесцветней,
Листья – желчней, седее трава
И порывистей северный ветер.
Посиди со мной, поговорим.
Здесь никто никогда не отыщет….
Я хочу, чтобы огненный прищур
Восходящего солнца глаза ослепил.
А потом, ты прости, я уйду.
Навсегда это лето покину:
Будет утренний ветер дуть в спину
И манить люди и города.
Но, может быть, через тысячи дней,
Наигравшись деньгами и славой,
Я вернусь к тебе старой и слабой,
Некрасивой, похожей на тень.
Ты обнимешь меня. И тогда
Мы поймем недоступное прежним обоим.
Будет алым рассвет, ледяная вода
Прояснит все и успокоит.
август – 31 октября 1998г.
*******
Шепчут мне листья,
Полуденный зной, галькой играет волна.
«Все, что тут было, покажется сном:
Он не вернется сюда».
Ветер смеется: «Вечером дождь.
Будь сама нежность и ласка».
Меня охватила странная дрожь —
Скоро закончится сказка…
Время иссякло. Сердца печаль
В шуме толпы привокзальной
Его умоляла: Напиши. Обещай!
Не принимая прощанье.
Страшно мне будет признаться себе
Ночью и солнечным утром,
Словно песчинки столкнулись мы здесь –
И разойдутся маршруты.
Мгновение вместе, а позже — врозь
Воды морские шумят:
«Все, что случилось, волной унесло.
Дням не вернуться назад».
Источник