Дюпре де сен мора

Николя-Франсуа Дюпре де Сен-Мор

Николя-Франсуа Дюпре де Сен-Мор (родился 5 января 1695 года в Париже † 30 ноября 1774 там же) был французским экономистом, статистиком, переводчиком и членом Французской академии . Его не следует путать с его сыном, региональным администратором Николя дю Пре де Сен-Мор (1732–1791).

жизнь и работа

Николя-Франсуа Дюпре де Сен-Мор был двоюродным братом академика Жана-Батиста-Анри де Валинкура (чьей матерью была его тетя). Он сделал карьеру государственного служащего в финансовой администрации Парижа и исследовал колебания стоимости денег в прошлом и настоящем. В 1746 и 1762 годах он опубликовал книги по этому поводу, которые недавно снова нашли издателя. Он умер в 1774 году в возрасте 79 лет. Дальнейшие сочинения по финансовой истории, которые он оставил, остались в рукописи.

Кроме того, Дюпре интересовался иностранным языком и литературой. Он дружил с Монтескье . Его жена содержала литературный салон . Он выучил английский и в 1729 году перевел эпическую поэму Джона Мильтона « Потерянный рай » на французскую прозу (предположительно с помощью Клода Жана Шерона де Буаморана, 1680-1740). Это достижение принесло ему место (№ 38) во Французской академии. Его текст был переведен обратно на английский язык.

Работает

  • (Переводчик) Le Paradis perdu de Milton . Поэма herroïque traduit de l’anglois. Avec les remarques de M. Addisson. Париж 1729, 1736, 1743, 1765. Амстердам 1770, 1781.
    • (Обратный перевод на английский) Состояние невинности и падения человека , описанное в «Потерянном рае» Мильтона. В прозе. С историческими, философскими и пояснительными примечаниями. От французского ученого Раймон де Сен-Мор. Джентльменом из Оксфорда [Джордж Смит Грин]. Джон Бойль, Абердин 1770.
      • (Перепечатка) Потерянный рай Милтона, или падение человека . С историческими, философскими, критическими и пояснительными примечаниями от ученого Раймона де Сен-Мора. Где объясняются Технические термины в области искусства и науки; первоначальное значение имен людей, городов, животных и т. д. и на каком языке произошел, сделать легко и понятно. Также мифологические басни язычников, где бы они ни упоминались, исторически связаны; очищенные от безвестности трудные отрывки; и Целое сведено к Стандарту английской идиомы. В двенадцати книгах. Украшен четырнадцатью медными пластинами. Cengage Gale, Farmington Hills, Me 2009.

      веб ссылки

      • Информация о Николя-Франсуа Дюпре де Сен-Море в базе данных Национальной библиотеки Франции .
      • Литература Николя-Франсуа Дюпре де Сен-Мора и о нем в каталоге SUDOC (Ассоциация французских университетских библиотек)
      • Краткая биография и перечень работ по Французской академии (французский язык)
      • Инаугурационная речь преемника Дюпре во Французской академии с краткой благодарностью предшественнику на французском языке
      • Академическая речь Клода-Франсуа Лисарда де Радонвилье, приветствующая преемника Дюпре с признательностью его предшественнику , французскому языку.

      Источник

      К истории первого перевода «Руслана и Людмилы» на французский язык

      Обстоятельства издания антологии русских стихов на французском языке, предпринятого в 1823 году Эмилем Дюпре де Сен-Мором (1772-1854), общеизвестны; сама книга («Anthologie russe, suivie de poésies originales»), ожидавшаяся русской публикой и энергично ею встреченная, утвердилась в пушкинской библиографии с 1859 года и с тех пор не покидала ее. Между тем, в этом сюжете есть занятная библиографическая тонкость.

      Сначала – краткое повторение истории. Французский писатель Jean-Pierre Emile Dupré de St. Maure около 1819 года приезжает в Санкт-Петербург. В самом начале 1820-х у него возникает замысел сделать сборник русских стихов во французском переводе. Не владея в достаточной степени русским языком, он заказывает подстрочники непосредственно авторам. Так, согласно проспекту-аннотации будущего издания, опубликованному в “Le Conservateur Impartial”, он получил от Дмитриева – французский прозаический перевод лирического диалога «Ермак», от В. Пушкина — анакреонтические стансы, от Гнедича — фрагменты поэмы «Рождение Гомера», а от Сергея Львовича Пушкина (что для нас особенно важно) – эпизод из поэмы его сына. Большая часть стихов была переведена самим Дюпре, но некоторые отдавались, так сказать, на аутсорсинг: так, например, три из десяти басен Крылова перевел де Местр, ввергнув тем самым автора в крупную литературную склоку с эпицентром в Париже – о чем, впрочем, сейчас говорить некстати.
      Были и опоздавшие – так, Шаликов, уже после выхода книги, сокрушался о своем в ней неучастии: «Чрезвычайно жалею, что болезнь не допустила меня позаботиться об удовольствии видеть в сей прекрасной Антологии и свои стихи, которых г-н Сен-Мор, по вежливости своей, требовал от меня – изустно и письменно!» (Дамск.Журн., 1823, № 18, с. 218).
      По получении подстрочников, Дюпре переводил их на французский уже стихами («дубоватыми, но придерживающимися по возможности подлинника», как с моряцкой прямотой охарактеризовал их позже В. К. Шульц), после чего возвращал авторам для проверки и поправок в случаях, когда переводчик «искажал мысль или ослаблял выразительность». Стихи каждого автора предварялись краткой биографической справкой о нем; всему сборнику было предпослано обширное предисловие и посвящение Александру I; в конце были помещены стихи самого Дюпре.
      В сентябрьском номере «Вестника Европы» за 1823 год объявлено о подписке на издание (№ 18, с. 160), а, начиная с октября, его уже начинают рецензировать: отзывы печатаются в «Новостях литературы» (№ 36. С. 145 – 160; судя по пушкинской Летописи, номер вышел между 5 и 8 октября), «Дамском журнале» (вышел в ноябре), «Journal de Paris” (конец декабря 1823 – начало января 1824), “Mercure de XIX s.” (рецензия Бахтина, позже перепечатанная в В.Е.; 1824) и др. Сам составитель тем временем, похоже, все еще пребывал в Петербурге; те, кто говорит об этом с уверенностью, ссылаются на фразу из письма Тургенева Вяземскому 18 декабря 1823 года: «Теперь за уплатой Туркулю, Сен-Мору и Сен-Флорану и другим, у меня немного осталось; кажется, несколько десятков рублей» (Ост.арх., т. 2, с. 370); мне бы, конечно, хотелось подтверждения более однозначного. Впрочем, для дальнейшего это не важно.
      Начиная с первых рецензентов, все отмечали необыкновенно удачное типографическое исполнение книги. Шаликов пишет:

      «Сия Антология составляет один том в 4ю долю листа, напечатанный в Париже, Дидотовыми литерами, украшена именами почти всех известнейших наших поэтов (с Биографическими нотисами перед каждым), и 6ю хорошо литографированными картинками, представляющими: 1) двух Сибирских Шаманов, сидящих на берегу Иртыша – из Лирического Стихотворения И. И. Дмитриева. 2) Светлану, окруженную подругами, которые вместе с нею занимаются святошными играми – из Баллады В. А. Жуковского. 3) вид дачи А. Н. Зиновьева, с ее окрестностями, против Крестовского острова. 4) Вид Императорского дворца на Каменном острову. 5) Вид Аполлоновой каскады в Павловске. 6) Вид одной прелестной долины в садах сего же увеселительного замка. Все сии виды сняты на месте и литографированы в Париже»

      Похоже отзываются и библиографы: о «весьма изящно изданном труде» пишет Драганов (1899); даже суровый Десницкий (который сам собиратель и оттого знает толк в этих делах) замечает: «Книга Дюпре де Сен-Мора, большое in quarto издание, напечатана превосходно, с шестью прекрасными литографиями, по рисункам Обри, Лейло и Бишебуа, литографированными у Ланглюме в Париже» (УЗ ЛГПИ, Т. 107, с. 291). Писавшие об этой книге вполне единодушны и в библиографическом плане (с поправкой на эволюцию стандартов): Г. Геннади («Переводы сочинений Пушкина»; это оттиск из «Библ.записок») в 1859 году не описывает число страниц, но упоминает формат в 4-ю долю листа; Шульц («А. С. Пушкин в переводе французских писателей»; 1880) упоминает XXIX и 268 страниц плюс шесть рисунков; Драганов («Пятидесятиязычный Пушкин»; 1899) указывает 2 нен.л.+XXIX+268 стр. в 4-ю д.л. и последнее практически ничем не отличается от истины. С точки зрения сегодняшней практики описание этой книги выглядело бы так:

      Anthologie russe, suivie de poésies originales, dédiée a S. M. L’Empereur de toutes les russies ; par P. J. Emile Dupré de Saint-Maure, chevalier de l’ordre royal de la légion-d’honneur, ex-membre du corps législatif, ancien sous-préfet, auteur des satires publiées, en 1818, sous le titre d’HIER et AUJOURD’HUI. Avec six dessins lithographiés. Paris. Chez C. J. Trouvé, imprimeur-libraire. MDCCCXXIII. [6], XXIX, [1], 268 ; 6 p. ill.

      Между тем, в тени этого издания исторически затерялось другое – вышедшее в том же году, тем же составом и под тем же заглавием – но полиграфически представляющее собою совсем иную книгу. Не могу сказать, что она неизвестна вовсе – но, с другой стороны, я нашел о ней только одно, причем смутное упоминание: Лотман в биографии Пушкина мимоходом оговаривает, что первый перевод «Руслана» был выпущен в «двух типографских вариантах» (естественно, поскольку пушкиниана необозрима, не исключено, что это упоминание не единственное). Итак, положим две книги рядом и найдем семь отличий. На самом деле их три:

      1) Формат. Книга (будем для простоты называть ее «Вариант 2») выпущена в восьмую долю листа и с меньшими полями; в абсолютных цифрах это означает уменьшение размеров с 26, 5 * 20, 6 до 21,2 * 12,8.
      2) Число страниц. В Варианте 2 их: [6], XLV, [1], 360
      3) Иллюстрации: их нет и не предусмотрено, т.е. на титульном листе больше нет надписи «Avec six dessins lithographiés»

      Тексты книг идентичны полностью – по крайней мере, сверив состав по авторам, а в части Пушкина (отрывок из первой песни «Руслана») еще и текст построчно, я не нашел ни одного отличия, что, в общем, неудивительно, если учесть, что Дюпре в это время скорее всего находился в Петербурге и в процессе участия не принимал. Однако, в связи с обнаружением Варианта 2 возникает несколько любопытных вопросов, а именно:

      а) зачем понадобилось полностью набирать и по сути заново печатать книгу;
      б) какой из вариантов вышел в свет раньше;
      в) почему второй вариант так редко встречается.

      Скажу сразу, что ни на один из этих вопросов у меня нет однозначного ответа, а есть только соображения и я их не утаю — вот они:

      В книгоиздательской практике тех лет главный фактор, ограничивающий тираж, удлиняющий сроки и увеличивающий цену – это иллюстрации (так было до изобретения гравюры на стали). (Вспомним, как запоздал фронтиспис к первому русскому изданию «Руслана и Людмилы»). Поэтому, для того, чтобы сделать книгу более доступной, иногда одновременно с «парадным» иллюстрированным вариантом выпускалось издание без картинок. Наиболее выразительный русский пример этих лет – «Басни» Крылова 1815 года. Как известно, эта книга была издана в трех вариантах: «На веленевой бумаге – 25 рублей, на обыкновенной – 15 рублей и то же, без картин – 8 рублей» (аналогично было сделано с изданием 1825 года). И, что особенно любопытно, по наблюдениям Смирнова-Сокольского, первые два варианта (вышедшие суммарным тиражом в 200 – 300 экземпляров) встречаются гораздо чаще, нежели удешевленный безгравюрный вариант, выпущенный небывалым десятитысячным тиражом. Не исключено, что в случае с нашей «Русской антологией» мы имеем дело с теми же мотивами и получаем в результате тот же эффект исчезновения удешевленных экземпляров.
      А редки они, действительно, необыкновенно – и по объективным и по субъективным ощущениям. Так, примерно из 50-ти библиотек мира, каталоги которых доступны онлайн, экземпляры первого варианта (с гравюрами) нашлись в шестнадцати, а вот второго – только в одной марсельской библиотеке. (Нужно добавить, что искал я не очень тщательно, поскольку мне важна была общая картина, а не частности и, кроме того, мог сработать «эффект второго экземпляра», знакомый нам по Беленсону, когда библиограф классифицирует экземпляр, пользуясь уже имеющейся карточкой и не вдаваясь в различия).
      Все это, впрочем, не объясняет, зачем потребовалось делать новый (и недешевый) набор, ведь можно было просто перепечатать титульный лист.
      Кроме того, мне кажется, что книга была во многом ориентирована на русский рынок. Во-первых, до сих пор, кажется, не выявлено объявлений о подписке на нее, которые были бы напечатаны за пределами России (тогда как русских известно минимум два); во-вторых, как замечает Десницкий, «если книги Борга и Бауринга не всегда можно встретить даже в наших крупнейших общественных библиотеках, то антологии Сен-Мора нередко и в наши дни можно найти в антикварных книжных магазинах» (данные 1955 года; к концу ХХ века они уже подобрались). Если существенная часть тиража действительно была завезена в Россию, то дальше исчезновение удешевленных экземпляров могло пойти по крыловскому сценарию. По крайней мере, мне за последние пятнадцать лет вариант с картинками (живьем или в каталогах) встречался не менее шести-семи раз, а вот вариант 2 – единожды. Такая вот история.

      Вариант 1 (Титульный лист) ; Вариант 2 (Титульный лист) ; Вариант 2 (Обложка)

      Источник

      Читайте также:  Лодка прозрачная вода море
Оцените статью