Читать онлайн «Ни океанов, ни морей»
О том, чтобы сейчас куда-то ехать, не могло быть и речи. Нам нужно было успокоиться и выспаться. Но у меня не получалось успокоиться. Я немного посидел над спящей Кристиной — Леонид и Лена спали в другой комнате — и решил пойти прогуляться. Рассвет уже заглядывал в окна, поэтому я поправил шторы, чтобы на лицо Кристины не падали утренние лучи. Легонько поцеловал ее и вышел. Вызвал лифт и, слушая звук его механизма, смотрел вниз через перила и лестничные пролеты. Какая страшная утомительная ночь. Двери распахнулись, я вошел в кабину, нажал кнопку «один». Лифт тронулся. Я заметил клок Лениных волос на стене рядом с панелью. Волосы приклеились на запекшуюся кровь, как на клей. Леонид мой хороший друг, но я подумал, что никогда теперь не смогу относиться к нему так хорошо, как прежде. Я стал смотреть себе под ноги, машинально ища сигареты в кармане, хотя и знал, что они закончились. Ранняя осень и утренняя свежесть помогли мне унять волнение. Но адреналина в крови было еще слишком много, чтобы назвать мое состояние адекватным. До круглосуточного магазина нужно было пройти несколько дворов. Людей на улице не было, только слышно было, как где-то дворник метет тротуар. С чего все началось? В моей памяти все началось с того, как Лена сказала:
— Перестань пороть чушь, — ответил Леонид.
— Завидуешь, завидуешь, завидуешь, — не унималась Лена.
— Перестань. Тебе чего-то не хватает? — спросил Леонид. Он ненадолго оторвался от диалога, чтобы указать водителю дорогу.
— Я выбрал такую жизнь, какой живу. И никому никогда не завидовал.
Но Лена разошлась и хотела скандала. Она повторила:
— Завидуешь, — и совершенно напрасно добавила: — Потому что Эдуард — мужик.
Я пытался нащупать слова, с которыми можно было встрять в разговор.
Хотя я знал, что Леонид прекрасно понимает умом, что не имеет смысла ревновать Лену к бывшему мужу, но также и знал, что горячее сердце Леонида пронизывает болью каждый раз, когда он слышит это имя.
Но я не успел подобрать слова, потому что Леонид перегнулся (он сидел на переднем сидении) и отвесил Лене крепкую пощечину. По-моему, я вскрикнул от неожиданности: такая ссора совершенно не вязалась с моими представлениями о них.
Все замолчали. Я обнял Кристину. Мне было очень неловко и обидно, что ей пришлось стать свидетелем такой сцены. Через несколько секунд Лена повторила:
— Заткнись, сука, — тяжело произнес Леонид, не поворачиваясь к нам.
Лучше бы переночевали в гостинице. Но теперь было поздно. Никогда прежде не заставал их за ссорой, конечно, как я вообще мог предположить, что нечто подобное произойдет. «Тебе понравятся мои друзья», — сказал я Кристине.
Сойдя с поезда «Москва — Петербург», мы хорошо погуляли. Зашли в кафе и книжный магазин. Позже собирались встретиться с Леонидом и Леной, переночевать у них и утром на автобусе поехать в Хельсинки. Прежде я не был в Европе, но в последнее время дела налаживались, и можно было позволить себе небольшое путешествие.
Источник
Евгений Алехин — Ни океанов, ни морей (аудиорассказ) | Текст песни
Из университета я вернулся только вечером, но пошел не домой, а сразу, с автобуса, к Мише. Он накормил меня тушеной картошкой с мясом, и мы засели в его машине за домом. Конечно, это была не его собственная машина — а его отца. Миша еще был несовершеннолетний, как и я, и машина ему не полагалась. Но он свободно брал ключи и ездил по Металлплощадке. Вот уютный сентябрьский вечер, у меня с собой пакет, в котором две тетрадки с уродскими рисунками вместо лекций, а у Миши полный карман пластилина. Но я это пока не просек.
Но вот вышли мы из подъезда, сели в машину, отъехали за дом, и тогда он мне показал. Важно достал из кармана пакетик, наполненный граммульками, и потряс перед самым моим носом, сукин кот. Пока я объедал его, наворачивал картофан, запивая чаем, он, наверное, грел этот момент за пазухой, как родное дитя.
— Откуда? — просто спросил я. Может, он думал, что я тут же начну полировать ему шляпу, но промахнулся. Я, конечно, немного обрадовался, но, в общем, остался ровным. Из тех немногих способов вмазаться, которые я пробовал, синька пока была несомненным лидером. План для меня был как семечки.
— От людей, — сказал важно Миша.
Он достал банку спрайта, мы ее тут же распили. Миша деловито примял алюминий, делая ровную площадочку, проколол дырочки, попробовал, как дышится, отломил порцию для меня. Я тут же поджег башика, дунул и задержал дым. Миша сделал для себя.
— И что? — тупо спросил я, когда выдохнул. — Мы вдуем все это палево?
Миша посмотрел на меня как на дегенерата. Он любил слово «дегенерат», и иногда по взгляду я догадывался, что Миша про себя его произносит.
Мы хапнули еще по разочку, и Миша объяснил:
— Я взял на реализацию. Попробую раз, если получится, возьму больше.
Я всегда скептически относился ко всем его преступным начинаниям. Взять хоть случай, как в десятом классе Миша где-то откопал пугач — дико похожий на настоящий пистолет. И мы — с его, естественно, подачи — пытались устроить легкий шмон у аграрного техникума. Поменялись куртками для конспирации, господи, я как филипок в Мишином XL, он как гомик в моем M. Стыдно вспомнить, мы мялись как две девочки, пытаясь на глаз выпалить лохов. Но отменять аферу было еще постыднее. Первый же «лох» оказался таким прошаренным, так кумарил по фене, что я бы не удивился, если мы по итогу свои штаны отдали бы ему. Но гопничек нормально все раскидал, потом скинулись, выпили бутылку портвейна, посмеялись (лично я — натянуто) и разошлись.
А пугач потом Миша потерял. Я ему раз пятьсот повторил тогда свою любимую пословицу:
— Доверь дураку стеклянный хуй — и хуй разобьет, и жопу порежет.
Но этими дураками, в общем-то, были мы оба.
Ладно, скоро появился первый клиент. Это был один из местных опасных парней, которым в среднем по двадцать, я их остерегался, не очень с ними общался; они не такие как мы. Наглее, отмороженнее. Я думал, что они немного тверже, может, потому что у них было больше — они успели побывать октябрятами, перестройку застали чуть более взрослыми детьми, а в середине девяностых уже были подростками и мотали на ус. Для нас, детей восемьдесят пятого года, середина девяностых это лишь воспоминание об унылой нищете.
Он поздоровался с нами, засмеялся этим особым смехом хриплой гиены — фокус всех гопников мира, — смехом, от которого у меня очко сжимается, и спросил:
Миша достал для него кубик, завернутый в фольгу, и получил сторублевку. Мы еще пыхнули, потом был еще клиент, а потом были еще двое, и я впервые поверил в Мишу. Что у него пойдет дело. Тут прохлада — все менты на поселке друзья чьих-то друзей, план курят четверо из пятерки, и Миша, если не будет давать в долг, может что-то поднять на карманные расходы, пока наркоконтроль до него не доберется. Но и там, наверное, у кого-то есть знакомые. Такие благие мысли спокойно текли под планом.
Когда в первый раз появился Биолог, стемнело, и мы уже взяли пива. Ну, сначала, понятно, он для нас не был Биологом, просто какой-то неприятный парень годов двадцати восьми. Не местный, городской. Хотя до города двадцать минут пешком, те, кто тут живет, немного отличаются, точно не знаю, чем. Может, какой-то плавностью. А Биолог мне сразу не понравился, мне не нравятся брюки в сочетании с опьянением. Позже мы узнаем, что у Биолога был день зарплаты.
— Парни, — сказал Биолог, заглядывая в машину, и замолчал.
Мы уставились на него, ожидая продолжения.
Лично я очень хорошо знал Матвееву Настю, она училась со мной в одном классе. Я был влюблен в нее. К выпускному она согласилась, но у меня ничего не вышло. Она тоже была девственницей, и я очень хотел ее, но перепугался так, что руки тряслись, а член домкратом было не поднять. Я об этом не рассказал даже Мише. Потом она съездила на море, и мы иногда виделись, разговаривали, но как будто между нами ничего не было.
— Да, училась с нами в школе, — ответил Миша.
Он на секунду выпал, и его тут же увело в сторону:
Источник
Ни океанов, ни морей
чем больше алёхина читаю, тем меньше понимаю людей, которые говорят, что писатель он хороший, а со стихами беда. в целом, местами было очень здорово, местами были строчки, за которые стыдно. казалось, что их какой-то школьник написал. много пошлостей. главный плюс — честность. автор рассказывает про человека, заведомо поставившего на себе крест, который он несёт и которым он отмахивается от всех возможностей что-то изменить.
0.5 От быдла для быдла
Первой книгой из списка флешмоба оказалась именно эта — так случилось. Отчасти из-за отсутствия книги в рунете в электронном виде, нашел только аудиоформат за авторством некоего nebo7: 17-18-летнего парня с района, работающего, очевидно, дома на коленке. Возможно, друг автора. Спасибо советчику в любом случае, это тоже опыт.
В книге повествуется об интеллектуале и его друзьях-интеллектуалах (да, автор сам это упомянул) и историях вроде следующих: «Мы с братульцами пожрали пивка, подрались и поругались с девушками-«дырками», или «Мы с братульцами пожрали пивка, разгромили чужой дом, сбежали и снова попили пивка». Ну и прочее. В общем и целом — быдла быт. Добавлю, что узнал для себя, что есть некоторые произведения, печатаемые тиражом до 1000, нижайшего качества. Даже был несколько…
2.5
Евгений Алехин более известен как один из участников ансамбля «Макулатура». Я не большой поклонник «Макулатуры». Некоторые их песни мне нравятся, некоторые нравятся особенно, но в большой части это не та музыка, которая мне импонирует. В целом из всей волны, так называемого и модного в определенных кругах, абстрактного хип-хопа они, как по мне, выделяются явственно. Качественные и сильные зарифмованные текста Евгения Алехина — самобытны и интересны. Второй же участник «Макулатуры» мне всегда казался скучным и бестолковым, и я всегда проматывал его куплеты на песнях.
Не без удивления, я узнал, что Евгений Алехин активно пишет прозу. При чём имеет даже ряд наград и был отмечен на наиболее популярной в масс медиа премии «Дебют». В руки мне попался его старый сборник рассказов «Ни океанов, ни…
5
Когда человек талантлив, он талантлив во всем — эта цитата абсолютно подходит к Евгению Алёхину. Как пронизывают душу тексты его песен, так и действуют его рассказы. Просто, лаконично, остро. Простые зарисовки поиска работы, поездки в метро, вкручивания саморезов — все это с большой силой давит на какие-то глубинные чувства, которые не сразу осознаешь. Это очень эмоциональное творчество, душевный эксгибиционизм. Книга пришлась по сердцу.
5
Бытие душит и давит с такой силой, что кости трещат. Недавно приобрела книгу Алехина на концерте ночных грузчиков. Он улыбался, продавал книги и общался с фанатами. А глаза грустные.
Рассказы пропитаны тоской, одиночеством, алкоголем и сексом. Стандартный набор человека, который смотрит на мир шире, видит его глубже. Настолько глубоко, что видно ад, который манит к себе.
5
Можно было бы написать что-нибудь многозначительное, просто похвалить, сказать что понравилось, но все это будет просто ничем по сравнению с полученным коктейлем ощущений, которым Женя поливает тебя с высоты своего своеобразного опыта. Слова через запятую, мысли, оглавления. Поселок, водка, вега, работа, Москва. Ни океанов, ни морей.
4
книга очень понравилась.коктейль из Буковски и Камю,но с совершенно особой,российской метафизикой.Все очень знакомое и близкое.Конечно,книга на любителя.Местами очень сочные фразы,которые когда нибудь войдут в цитатники.Грустная ирония пронизывает рассказы.Советую всем
Напишите рецензию!
Похожие книги
Вы можете посоветовать похожие книги по сюжету, жанру, стилю или настроению. Предложенные вами книги другие пользователи увидят здесь, в блоке «Похожие книги». Посоветовать книгу
Популярные книги
Источник
Ни океанов, ни морей
Рассказы Алехина тяготеют сложиться в единый текст, как ртутные шары стремятся образовать ядовитую лужу. Иметь на книжной полке собрание его сочинений однажды будет означать обладание хотя бы одной чувственно и точно запротоколированной человеческой жизнью. Ничего общего с Прустом здесь нет, Алехин — полярная, колючая планета. Он патологически не умеет врать. Чувствует, что обязан уметь как писатель, но все время срывается к правде. Это синхронный голос героя и автора, который перестанет существовать, если не обнажит совесть. Алехинский читатель — его Страшный суд. Любая напускная вещь высмеивается, кожа содрана. Оттого столь острое,…
Лучшая рецензия на книгу
4
За книгу взялась с опаской, так как не очень люблю рассказы. Однако первые три меня приятно удивили. А далее стало ясно, что это целостное произведение, не смотря на то, что многие рассказы как бы обрываются на полуслове, и повествование ведется то от первого, то от третьего лица. «Рай открыт для всех» мне показался ключом к сборнику. Особенно момент с брошюрой. Только вам решать похабщина это или нет.
Источник